Образец рецензии на книгу о путешествиях

Когда делают обзор на гаджеты, всегда вставляют изображения в тексты. Дома лучше читать в стандартном формате: Формат книги сильно сказывается на восприятии. Выбирайте только тот, который удобен не по цене, а по эргономике.

Многие люди хотят писать грамотные и качественные рецензии на книги. Но мало кто знает, как это делать правильно. Мы поможем Вам разобраться как правильно писать рецензии на любые книги. Как написать рецензию на книгу Прежде чем приступить к написанию рецензии стоит разобраться что же это такое. Рецензия - это критический анализ произведения любого стиля, содержащий оценку данного произведения. Когда Вы приступаете к написанию рецензии, то Вы должны понимать, что при написании не только формируется окончательное представление о книге у Вас, но и создается первое представление о книге у людей, которые читают Вашу рецензию.

Приложение (справочное) Образец рецензии на ВКР

Журналы в советское время были могучим необозримым архипелагом, таким же как и фантастическая литература. Сейчас от обоих феноменов остались крохи да ножки, но старожилы-то помнят. Книга Алексея Караваева подтверждает, что скорее — совсем не помнят.

История советских журналов очень важна и скверно изучена. Но до сих пор ни в массовом сознании, ни в общедоступных исследованиях, кажется, не было цельной картины существования советских журналов как удивительного феномена, рожденного сшибкой трех разновеликих устремлений. Власти был нужен инструмент, способный продлить, расширить и углубить функцию газеты которая не только коллективный пропагандист, агитатор и организатор, но и — главное — трансформатор реальности в единственно правильную картину.

Читателю были нужны интересные развлечения и пища для ума, калорийная и разнообразная. А редакции было нужно удовлетворить две эти потребности — в меру собственных сил, возможностей и представлений о прекрасном. Он сочетал два самых манких контентных направления, географическое и фантастико-приключенческое, он всегда был очень тиражным под 3 млн экземпляров в лучшие годы — и он, так получилось, накопил богатейшую историю, на которую можно было опираться и от которой можно было отталкиваться.

Книга Алексея Караваева препарирует и анализирует каждое из этих достоинств и массу других. Караваев живет в Липецке, работает в книжном магазине и считается одним из столпов так называемого старого фэндома, с советских времен объединявшего продвинутых любителей фантастики. Фото: labirint. Четыре последних тома вышли в Волгограде микротиражом 100 экземпляров против 3 тыс.

АСТовских , при этом качество полиграфии выросло в разы, как, понятно, и цена каждого томика. И это была уже игра в другой лиге — в общем-то, никогда в России не существовавшей. Караваев сперва просто копался в древних книжках и журналах, сканировал и выкладывал в форумах наиболее впечатляющие обложки. Потом начал выстраивать из них развернутые повествования, размаху и визуальной роскоши которых оказались тесны даже тематические сайты.

Автор и издатель сразу заявили несколько принципов: упор на визуальную сторону на картинки приходится, как правило, от половины до трех четвертей каждого разворота, часть разворотов занята иллюстрациями полностью ; хронологический подход каждый очерк рассказывает об истории серии или явления от первого выпуска к последнему ; тотальность автор разыскал, внимательно прочитал и изучил в деталях каждую книгу серии, рассказ журнала и очерк цикла — и каждый из этих кунштюков представлен как минимум сканом обложки или рисованной заставки, а зачастую и еще парой выразительных картинок ; подчеркнуто служебный характер текста, вроде бы лишь поясняющего смысл и последовательность приведенных картинок, при этом жестко вписывающего маленькую историю отдельного рассказа или романа в большую историю — книгоиздания, литературы, идеологии, страны и мира.

Трудно вспомнить другой издательский проект такого размаха и такого уровня проработки. Трудно поверить, что довольно колоссальный труд выполнен, по сути, одним человеком в свободное от основной работы время, без грантов, краудфандинга и просто организационной поддержки. Еще труднее было поверить в то, что издание не окажется разовым релизом.

Поверить пришлось и в это, и в то, что дорогие высококачественные проекты можно реализовывать в наше время, в провинции, на ограниченной ресурсной базе и вдолгую. Второй том, выдержанный в том же оформлении 388 страниц и вес под два кило , держится тех же принципов — только историчность в нем стала совсем вопиющей и местами пугающе актуальной. С конца 1950-х журнал снова стал аналоговым девайсом, позволяющим переживать приключения в самых причудливых местах планеты, Вселенной и придуманных миров без помощи Юрия Сенкевича, игровых приставок и интернета.

Еще любопытней вписанность текстов и их носителей в эпоху. Книга толково объясняет, как политические и идеологические установки сказывались на количестве, качестве и стране происхождения фантастики, ее тематике, профессиональных и социальных особенностях героев и просто на допустимом накале интриги.

Караваев подробно описывает и богато цитирует отдельные номера журналов, окуная читателя в тогдашнюю актуальность, стилистику, графические традиции и оптическую среду. Отдельная жемчужина очерков — краткий пересказ опубликованных фантастических повестей и рассказов второго ряда.

Он позволяет вспомнить, сколь подчеркнуто серой и унылой была разрешенная фантастика начала 1950-х и конца 1970-х годов, подивиться тому, как быстро вспыхнуло и как ловко было утоптано многоцветие 1960-х, — а заодно обнаружить, что даже в недлинной советской истории этот оборот спирали был не первым. Первая советская реинкарнация оказалась наиболее яркой и поучительной.

Остро конкурировавшие друг с другом журналы мгновенно выросли количественно и качественно. Тираж ленинградского издания за 1927 год поднялся с 40 тыс.

Известные по сей день тексты Караваев не пересказывает, но для Беляева сделано одно из немногих исключений. Иссиня-темное небо было покрыто звездами. Черное небо покрылось звездами. Не столь известные авторы и сюжеты прошли еще более свирепую усушку и утруску. Они не дошли до нас и наших родителей ни в каком виде — хотя иногда кажется, что дошли до кого-то другого.

Это, кстати, было бы справедливо, учитывая, как интенсивно в те же годы в тех же советских журналах публиковались повести Конана Дойла и Уэллса — причем с изумительной проворностью. Такой вольницы, впрочем, хватило всего на четыре года. В конце 1930 года конкурирующие журналы были формально объединены, а на самом деле закрыты, вместо них начал выходить объединенный журнал, объявивший главными темами рассказы о великой стройке, баррикадах на западноевропейских улицах и, конечно, о Зодчем социалистического общества.

Авантюрная и фантастическая составляющая номеров скукожилась, потом обнулилась, потом вернулась в версии, не имеющей даже отдаленного отношения к литературе. Лишь двадцать лет спустя усилиями нескольких человек фантастика выдралась из экологической ниши листовки, зовущей молодежь в ФЗУ и втузы. Дальше все, наверное, помнят: фантастику прореживали — подписка падала, возвращали — вырастала, подтягивали переводных мастеров — тиражи пробивали потолок, но тут выяснялось, что эти мастера — не чего надо мастера, и все начиналось сначала.

Паллиативом становилась замена более-менее качественных текстов эрзацами. Книга Караваева позволяет вспомнить три такие волны. С конца 1920-х в фантастике воцарилась эпоха мнимых свершений: сюжетная развязка большинства повестей и рассказов строилась на том, как черные планы фашистов и империалистов напарываются на нашу советскую Кузькину мать в образе сенокосилок с вертикальным взлетом, лучей гуманной смерти и гречихи повышенной урожайности.

С конца 1940-х правила фантастика ближнего прицела, более миролюбивая и исходившая из того, что кузькина мать еще только на подходе, но вот дождемся ее достроим тоннель к полюсу или стратосфере, запустим подземный комбайн на энергии молний или научимся раскрашивать деревья изнутри — и заживем.

В 1970-е эрзац-фантастика перешла в глухую оборону от чуждых кузькиных матерей: картонные герои в лучшем случае решали экологические и этические проблемы, навороченные алчными капиталистами или доморощенными волюнтаристами в худшем случае герой обнаруживал, что является потомком атлантов, этрусков, инопланетян или всех сразу — на этом фантазия авторов иссякала, а рассказ завершался невыносимо поэтическим образом.

Это были удивительные образцы литературы про героические приключения без приключений и героев. Одних читателей эрзацы отпугивали — от журнала, фантастики, жанровой прозы и чтения вообще, — другим сбивали нюх, и, что хуже, еще неизвестно. Идеологический пресс ослабевал, а потом снова усиливался, журналу урезали полосность и отменяли подписку, редакция брала рекорды находчивости, дефицит хороших текстов сталкивался с дефицитом бумаги, творя чудеса мегапопулярности на почве бедности и провалов на пике формы.

А потом что-то кончилось, что-то изменилось, а что-то просто выпало из сферы интереса. Книга Караваева завершается 1991 годом. Автор отметил, что в жизни журнала и альманаха было множество бурь и свершений, но пусть о них напишет кто-нибудь другой.

Вроде бы все номера уже нашел и прочитал. Теперь дождемся. Читайте также Григорий Адамов и истоки советской фантастики 21 мая.

Рецензии на книгу «Антропологические путешествия» Татьяна Щербина. За книгу я взялась в рамках игры Спаси книгу - напиши рецензию! тем более. Интересные рецензии пользователей на книгу Путешествие на Кавказ В общем, без пяти минут эталонный образец грамотно оформленной и.

При этом, как заметил Юрий Лотман , авторское восприятие мира постоянно скрещивалось с впечатлениями других участников экспедиции [28]. Из-за вспышки холеры на фрегате умерли три матроса; корабль попадал в шторма, садился на мель, в течение десяти дней безуспешно пытался войти в Английский канал. Проблемы со съестными припасами привели к тому, что в меню офицеров с определённого момента вместо свежих продуктов появилась солонина ; ограничения коснулись даже пресной воды, которую стали выдавать по одной кружке в день. В этих условиях единственным утешением для Ивана Александровича оказалась невосприимчивость к морской болезни : его организм практически не реагировал на качку [29]. В Англии Гончаров сообщил сначала капитану Ивану Унковскому , а затем и Евфимию Путятину о своём желании покинуть фрегат. Возражений с их стороны не последовало; напротив, писателю было обещано, что домой он сможет вернуться за казённый счёт. Пока фрегат находился в портсмутском доке на ремонт и замену отдельных частей ушло почти два месяца , Гончаров знакомился с Англией. Своим неспешным ритмом жизни и тишиной в послеобеденные часы остров напомнил писателю российскую провинцию [34]. Рисунок, сделанный И. Гончаровым во время путешествия На южном берегу Африки, в Саймонсбее, фрегат вновь встал на ремонт. Как заметил писатель Георгий Давыдов, в главах, посвящённых Мадейре и мысу Доброй Надежды, Гончаров неожиданно проявил себя как романтик и ценитель красоты. Так, принимая на острове экзотический букет от жены консула , путешественник сообщил, что отправит цветы в подарок русским женщинам. Тело лоснится, как атлас. Мир Японии[ править править код ] Готовясь к экспедиции, Гончаров прочитал немало книг и журнальных публикаций о Японии; часть из них он взял с собой в поход. Целый месяц был потрачен на то, чтобы подготовить, согласовать и утвердить церемониал встречи представителей русской дипломатической миссии с нагасакским губернатором [40]. При описании жителей Страны восходящего солнца Гончаров постепенно переходил от массовых изображений к индивидуальным. Ликейские острова[ править править код ] Описание Ликейских островов , к которым фрегат подошёл 31 января 1854 года, было сделано с явной отсылкой к литературным источникам. Вне человеческой истории и земной географии жители островов вкушают плоды райского небытия [50]. Следующую большую остановку писатель сделал в Иркутске , дорога до которого заняла у него почти месяц. Ехать пришлось в сильные морозы, от которых не спасала мягкая шуба; в повозке, помимо чемоданов, книг и рукописей, находились запасы продуктов: щи в замороженных кусках, мороженые пельмени, строганина , вино и хлеб [55].

Цель его путешествия - посмотреть, как живут простые, самые обыкновенные люди в России после войны.

Журналы в советское время были могучим необозримым архипелагом, таким же как и фантастическая литература. Сейчас от обоих феноменов остались крохи да ножки, но старожилы-то помнят.

Пожалуйста, подождите пару секунд, идет перенаправление на сайт...

Контакты Заказать рецензию на книгу Рецензия на книгу — это подробный письменный разбор, составленный по определенному плану. Задача рецензента — выявление достоинств и недостатков текста. Резензия на литературное произведение необходима, если автор нуждается в рекомендациях по доработке материала. Рецензии на книги бывают разные. Всё зависит от того, для чего нужна рецензия. Иногда автор нуждается в критике произведения, так как хочет его улучшить, доработать рукопись.

Отзыв о книге на английском языке (opinion about a book in English)

Дата написания: 24 августа 2011. Жанр: Эзотерика , Эссе Стоп! Прежде чем сказать что-либо о книге, я должен дать некоторые пояснения. В случае с таким автором, как Кастанеда, это просто необходимо, чтобы меня не поняли неправильно. Во-первых: я не адепт учения Кастанеды. То есть совсем. Я не собираюсь продолжать чтение его книг по крайней мере, пока. Вполне допускаю — почти уверен, — что я не так понял положения его учения.

.

.

Раскрась по образцу "Путешествие над облаками"

.

Денис Козлов: Путешествия. Козлов. Первый Белорусский поход

.

Образец и пример рецензии на книгу

.

Как писать рецензию на книгу жанра «нон-фикшн»: разбираем на примерах

.

Путешествие над облаками. Раскрась по образцу

.

Подарочные издания. Великие путешествия

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Рецензия на книгу --- К. Воглер "Путешествие писателя: Мифологические структуры в литературе и кино"
Похожие публикации